Дубна-inform

Дети в интернете

10:00 11.12.2021

Каждый пятый педагог не знает, что такое травля в интернете. Половина учителей не представляют, как бороться с этим явлением, а 9 процентов вовсе не считают это проблемой. Такие данные получили эксперты VK и Учи.ру. Но больше пугают другие цифры: с кибербуллингом не раз сталкивались почти 70 процентов школьников, а четверть ребят не собираются делиться переживаниями по поводу травли ни с кем, передает  «РГ».

Дети в интернете: как их защитить и научить отстаивать свои границы? Как не допустить травли или помочь с ней справиться раньше, чем она «справится» с ребенком?

«Цифровое детство» — этот термин уже перестал казаться фантастикой: сегодняшние дети растут, социализируются и познают жизнь именно через призму своего гаджета. Интернет, социальные сети и поведение человека в «цифре» буквально стали внешним продолжением его личности, новым «я».

Но, по данным Российской академии образования, две трети школьников боятся столкнуться с мошенниками в Сети.

— Цифра и интернет — современные средства социализации. Но без определенного регулирования они становятся опасны, — говорит доцент Московского городского педагогического университета, руководитель магистратуры «Обеспечение безопасности образовательной организации» Олег Зверев. — Кроме физиологического влияния — усталость, переутомление после длительной работы, заторможенность, нарушение осанки, проблемы со зрением, есть и психологические опасности: девиантное поведение и кибербуллинг. Проблема в том, что у нас совсем не развито понятие «цифрового этикета», нет правил общения в Сети, нет ориентиров. В такой ситуации дети часто воспринимают чужую интерпретацию реальности как данность, поддаются уловкам мошенников.

Кроме того, у детей есть страх давления и оскорблений со стороны других пользователей — об этом рассказали более 45% школьников.

Если «вбить» в поисковик «травля в интернете», в первых строчках появятся ссылки на историю Аманды Тодд — канадской школьницы, которая приняла на веру слова «друзей» из интернета и поделилась откровенной фотографией. Не прошло и суток, как фото разошлось по сети со скользкими шуточками. В этой истории было все: потоки злобных комментариев от одноклассников, тысячи анонимных пользователей, по-всякому склоняющих имя Аманды… История завершилась трагически.

Может ли школа защитить ребенка?

— Школа создает ученику безопасную среду, пока он физически находится на школьной территории. Но вне пространства его защитят умения и навыки, которые школа может дать, в том числе на уроках ОБЖ и информатики, — отмечает Олег Зверев. — Совершенно очевидно, что необходимо именно в школе учить детей, как уберечься от различных ситуаций, таких, как, например, аутинг — раскрытие интимной информации о человеке, киберсталкинг — преследование человека в Сети, часто перетекающее в оффлайн, общение с фейковыми аккаунтами, «троллями»… Нужно развивать критическое мышление. Принцип «запретить-разрешить» тут не работает. Нельзя запретить подростку создавать аккаунты в соцсетях, смотреть видео блогеров и пр. Надо учить видеть разницу.

Но, по словам Зверева, не все учителя сегодня сами готовы к тому, чтобы говорить с детьми на тему кибербезопасности.

— Необходимо повышать уровень цифровой грамотности учителей. До сих пор некоторые из них вообще отрицают факт кибербуллинга и других сетевых опасностей, — подчеркивает эксперт. — С ребенком надо говорить на одном языке. Не бояться того, что он задает много вопросов. И задавать вопросы в ответ. Детям есть чему нас научить. Кроме того, так они поймут, что мы, учителя, в них заинтересованы.

Что лучше не публиковать в открытом доступе в Сети:
дату и место рождения;
личный телефон и почтовый ящик;
геоданные;
обстановку квартиры;
привычные маршруты и расписание;
личные фото;
данные родителей и родственников.

Мария Львова-Белова, уполномоченный при президенте России по правам ребенка:

— Проблема кибербезопасности детей обостряется. Масштабы школьного буллинга зашкаливают: 52% детей сталкивались с травлей в сети, которая потом добирается до реальности.

Ужасное не в том, что порой о травле их детей мамы и папы не знают. Самое ужасное в том, что родители не считают буллинг чем-то опасным, а некоторые даже относятся к нему как к «инструменту» воздействия через давление. Мол, пусть учатся противостоять.

Показательная история произошла с одним из школьников (имя и город назвать не имею права), который за четверть получил «четверку». Он и его родители не согласились с оценкой. Завязался конфликт. В нем приняли участие одноклассники, педагоги, родители, районное управление образования. Ничего умнее взрослые не придумали, как разделить класс на два: в одном — все 25 учеников, а в другом — один мальчик. Это пример, когда буллинг вышел в офлайн, как следствие новой «нормы» общения — травли в сетях, куда нет хода «не своим» — выразителям иных точек зрения. Позже ситуацию удалось урегулировать. Однако неизвестно, какие последствия будет иметь инцидент для психики мальчика и для психики виртуальной толпы, которая, опробовав технологию подавления несогласных в Сети, вырвалась в реальность.

Увы, факт: из Сети травля перебирается на улицу — в школы, спортивные секции, во дворы и даже в детские сады. Это вызов. Для детей, которые много времени проводят в Сети, негативное мнение окружающих может иметь гораздо большее влияние, чем реальная травля. Вызов еще и в том, что ребенок в силу незрелости не видит разницы между реальностью и виртуальностью. Ведь при обычной травле имеют место вербальное и физическое давление, кибербуллинг коварен дистантом. Все происходит с использованием мейлов, сообщений в мессенджерах и соцсетях, а также через «слив» в сети фото и видео, которые губят репутацию жертвы.

Мы обращались к разным экспертам, проводили несколько исследований. Их выводы настораживают, но дают мост для наведения контактов с детьми и выхода из положения. Одна из ключевых причин роста детской агрессии — немотивированная боязнь своего будущего. Страх будущего у ребенка сначала вызывает тревогу, но одни дети замыкаются, другие уходят в агрессию, чтобы страх снять. Здесь важно формировать у детей навыки безопасного цифрового поведения, пробовать практику интернет-помощи. Как в мире, так и у нас в стране уже есть специалисты, которые выходят в сети для работы с детьми в интернет-среде. Они на языке сверстников переписываются с ними, участвуют в деструктивных группах, работают с теми, кто высказывает экстремистские или суицидальные идеи. Такой институт медиации или урегулирования сетевых споров с участием нейтральной стороны может и должен стать эффективным механизмом педагогики.

Кстати, пусть не повсеместно, но в стране встают на ноги школьные службы медиации-примирения. Понимаю, что малокомплектные детские учреждения испытывают нехватку таких кадров. В таких школах медиаторами могли бы выступать люди, которые пользуются доверием и авторитетом у детей. Я знаю примеры, когда в качестве таких авторитетов по жизни выступают учителя физкультуры, школьные охранники. А в Пермском крае школьную службу медиации возглавил библиотекарь.

В связи с этим, как детский омбудсмен, работаю над тем, чтобы дополнить закон об образовании в части использования «технологий примирения» внутри школ.

Оставить комментарий