Дубна-inform

Парк Бродского

15:44 11.12.2021

Одним из самых ярких архитектурных событий 2021 года в России стало открытие парка в подмосковной арт-усадьбе «Веретьево». Новое пространство недалеко от Дубны спроектировал архитектор Александр Бродский. По просьбе Strelka Mag журналистка Ася Зольникова прогулялась по дощатым парковым дорожкам, проложенным прямо над подмосковным болотом, и рассказала историю этого проекта.

В русской культуре болото находится на особом положении. Топи всех мастей изображены на полотнах русских живописцев, через них Тарковский провёл героев «Сталкера», здесь обитают существа из фольклорных сюжетов и сюда же нередко отправляются персонажи классической литературы. Но есть жанр, которому любование трясинами чуждо, — это архитектура. В норме она с болотами борется или предпочитает держаться от них в стороне. Симбиоз возможен, но не каждый архитектор справится с такой задачей. Территория арт-резиденции «Веретьево» — редкое место, где это удалось. Летом 2021 года здесь открылся одноимённый парк по проекту архитектора Александра Бродского.

«Веретьево» находится в лесу в 110 километрах от Москвы. Раньше здесь был летний лагерь, а после развала СССР в домиках для пионеров и вожатых проводили фестивали современного искусства. О них до сих пор напоминают многочисленные инсталляции и арт-объекты. С 2014 года «Веретьево» функционирует как загородный курорт с рестораном локальной кухни, фермой и пространствами для отдыха на свежем воздухе, в том числе банным комплексом на берегу реки Дубны.

О собственном парке в «Веретьево» задумались после того, как в 2019 году стало известно о готовящемся сносе «Павильона для водочных церемоний» — сооружения, которое Александр Бродский создал в одном из подмосковных санаториев по случаю фестиваля «АртКлязьма». Владелец «Веретьево» Андрей Гнатюк собирался перенести павильон на территорию своего отеля, но Бродский эту мысль не одобрил. Он сказал, что не любит повторяться, но готов создать новый объект. И тогда Гнатюк предложил ему поработать над большим участком, где постояльцы обычно не гуляли: слишком он был непроходимым и заросшим.

Так родилась идея очень специфического парка среди первозданного хаоса — в тихом месте, где бурелом чередуется с крапивой высотой в человеческий рост, а внизу течёт извилистый ручей с заболоченными берегами. Первым делом здесь проложили несколько километров деревянных дорожек. Затем проект начал обрастать новыми павильонами и смыслами. Так прошло два года, по истечении которых 7 гектаров привычных подмосковных пейзажей превратились в самостоятельную вселенную с 38 объектами. Половина из них создана Бродским, остальные локации и артефакты появились задолго до парка. На границе с соседними участками установлен рубеж — зеркальная стена, которая тянется на 50 метров и почти сливается с окружением.

«Это было очень красивое болото. Передо мной стояла задача его не испортить», — сказал Бродский, когда в июне 2021-го парк торжественно открыли. С того момента поток приезжающих в «Веретьево» увеличился в несколько раз: только за первый месяц парк посетило более 2 тысяч человек.

Трудно сказать, что сыграло в этом решающую роль — интерес к локальному туризму, возросший за время пандемии коронавируса, или красота болота, которая проявилась благодаря дару Бродского видеть ценность в самых неприглядных вещах. Впрочем, дело и в культовой фигуре автора. Александр Бродский не только числится среди наиболее известных и уважаемых российских архитекторов — он один из немногих представителей профессии, чьё имя хорошо известно за пределами родной страны.

Международное признание пришло к Александру Бродскому задолго до первого построенного здания. В 22 года, ещё будучи студентом Московского архитектурного института, он занял первое место в парижском конкурсе Theatre for Future Generations. Представленная работа относилась к «бумажной архитектуре» — движению, которое возникло в позднем СССР и сочетало методы архитектурного проектирования, станковой графики и концептуального искусства.

Созданные таким способом проекты могли существовать только на бумаге из-за заведомой нереализуемости, высокой стоимости или политической повестки. Бродский стал одним из основоположников этого движения. Его офорты, выполненные в соавторстве с архитектором Ильёй Уткиным, хранятся в Британской галерее Тейт, Музее современного искусства в Нью-Йорке (МоМА), Русском музее и других коллекциях и фондах по всему миру.

Прошло около 20 лет, прежде чем от графики Бродский перешёл к архитектурной практике. В 2000 году он основал бюро Alexander Brodsky Architect и реализовал первый архитектурный проект — ресторан на берегу Клязьминского водохранилища. Поначалу автор предлагал вообще ничего не строить, чтобы не разрушать природную гармонию. Но согласившись в итоге на проект, сделал всё, чтобы замаскировать его в пейзаже: выстроил ресторан из неотёсанных брёвен и наклонил под углом 95 градусов — в такт окружающему лесу.

С ландшафтом «Веретьево» Бродский обошёлся схожим образом: он старался как можно меньше вторгаться в него и ничего не приукрашивать. Зайдя со стороны главного входа, посетитель проходит через «Грот-иву» — арку, образованную ивовым стволом. Чуть дальше расположен сарайчик с двускатной кровлей, также оставшийся здесь с незапамятных времён. Раньше внутри был тир — точнее, арт-объект «Тир», созданный художницей Дианой Мачулиной. Теперь здесь работает бар, где в тёплое время года наливают тематические алкогольные сеты. Так после выбора в пользу алкоголя или трезвости начинается путешествие, которое занимает в среднем полтора часа.

Несмотря на обилие малых архитектурных форм и пешеходных троп, в каждой детали парка чувствуется главенство природы, а где-то и её буйный нрав. Единственным серьёзным вмешательством в дендрологическую коллекцию «Веретьево» стали гигантские лопухи, высаженные в стратегических точках. Все прочие растения, в том числе заросли жгучей крапивы, остались на своих местах. Ступать приходится осторожно: тропы не огорожены, ветви и травы хлещут по лицу, дорогу то и дело преграждают упавшие стволы. Их не убирают специально, ясно давая понять, что человек на этом болоте — пусть и любимый, но всё же гость.

В парке чтут не только естественную флору — в том числе погибшую, — но и артефакты прошлого, оставленные людьми: фонарный столб с торчащей ржавой арматурой, старый дровник, хранилище сена из жёлтого поликарбоната. На эти невзрачные объекты можно было бы запросто не обратить внимания, но Бродский пометил их на карте, уравняв в правах со своей аккуратной и выверенной архитектурой. «Там уже были красивые вещи, которые прочно вросли в это место. Поэтому я решил их не обижать и объединить со своими объектами», — рассказал архитектор.

Время от времени деревянные дорожки выводят к парковым павильонам. В шести из них находятся книжные подборки, которые составила литературный критик и журналист Анна Наринская. У похожего на автобусную остановку «Крапивника» в боковую стену вделаны полки с книгами о путешествиях, в «Туалете на горе» можно читать старые советские журналы, в «Доме отшельника» — литературу об одиночестве и духовных исканиях.

Классическая проза хранится в «Библиотеке» — павильоне в форме теплицы с двускатной кровлей. Он собран из поликарбоната, как и положено настоящей теплице.

Остальные постройки деревянные, а издания в них, как правило, букинистические. При строительстве помостов и павильонов принципиально использовали старое дерево, и для этого по всем окрестным деревням пришлось искать старые заборы, предназначенные на выброс.

На самодельном и недолговечном у Бродского основано очень многое. Самый, пожалуй, известный его объект, «Ротонда» в арт-парке «Никола-Ленивец», целиком состоит из дверей в облупившейся краске. Из-за этой нескладности и обманчивой простоты его проекты часто выглядят так, будто перед нами остатки чудом уцелевшей цивилизации. Причём в интерьерах эта логика тоже работает: облетевшая штукатурка тщательно зафиксирована, старый кирпич и дранка выставлены напоказ — и это очень красиво. Любуясь объектами Бродского, вы неизбежно любуетесь руиной.

Но если античные руины архивируют общечеловеческую память, то руина Бродского — всегда про личное. Даже если перед вами мост-галерея, выполненный как дань Палладиеву мосту в Царском Селе и в то же время похожий на автобусную остановку, которая есть в каждом постсоветском городе.

Свой «Пантеон» в «Веретьево» тоже есть — он стоит на перекрёстке дорог, и это один из главных смысловых пучков проекта. Но, в отличие от древнеримского памятника, веретьевский «Пантеон» совсем небольшой, а через его окулус трогательно пробивается солома и трава, растущая на крыше. И выполнен он не из бетона и камня, а из старого дерева.

Дерево и книги одинаково хороши для того, чтобы хранить истории, которые близки каждому. А парк — одно из лучших мест, чтобы предаваться воспоминаниям и неторопливому чтению. Чтение обычно не предполагает свидетелей, и узкие дощатые дорожки между павильонами едва рассчитаны на то, чтобы разойтись двум взрослым людям. Поэтому идеальная прогулка по парку Бродского — наедине с собой и со своим прошлым.

Оставить комментарий