Дубна-inform

Сотрудничество без барьеров

11:22 30.09.2019

«Со стороны ЦЕРН санкций против России нет». Фабиола Джанотти рассказала о сотрудничестве с РФ и крупных контрактах.

Санкции не затрагивают участие российских физиков в новых проектах Европейской организации ядерных исследований, сообщила в интервью «Известиям» генеральный директор ЦЕРН Фабиола Джанотти. Эти разработки предполагают проектирование и строительство CLIC и FCC — линейного и кольцевого ускорителей элементарных частиц. Со временем они будут способны заменить самую крупную в мире научную установку — Большой адронный коллайдер.

Фабиола Джанотти также назвала условия, при которых российская высокотехнологичная промышленность может получить заказы на изготовление исследовательского оборудования для новых проектов ЦЕРН, и подчеркнула, что ученые из РФ вносят большой вклад в работу европейской организации с самого начала сотрудничества.

— Госпожа Джанотти, когда будет завершена разработка новой Европейской стратегии развития физики элементарных частиц? Какие эксперименты ЦЕРН планирует в обозримом будущем?

— Мы обновляем стратегию, процесс будет завершен в мае 2020 года. К этому времени мы более четко увидим, что будем делать дальше. В настоящее время разработки ведутся в направлении двух проектов: CLIC (Compact Linear Collider — Компактный линейный коллайдер) и FCC (Future Circular Collider — Будущий циклический коллайдер). Они в некотором роде дополняют друг друга тем, что линейный коллайдер позволяет ускорять до рекордных энергий электроны, в то время как в кольцевом коллайдере можно реализовать столкновения протонов с максимальной энергией. То есть это два разных типа машин, каждая из которых имеет свои преимущества и свои цели.

Оба коллайдера — очень масштабные проекты, для которых требуется разработка самых передовых технологий. Например, для кольцевого коллайдера необходимо создание сверхпроводящих магнитов нового поколения с сильными полями. И этим технологиям, конечно, найдется применение в других областях.

— Когда вы ожидаете ратификации соглашения между правительством РФ и ЦЕРН о научно-техническом сотрудничестве в области физики высоких энергий и иных сферах взаимного интереса от 15 апреля 2019 года? Как оцениваете эффективность работы российских ученых в ЦЕРН и какие возможности открывает новое соглашение?

— Русские ученые очень эффективны и вносят большой вклад в работу ЦЕРН с самого начала нашего сотрудничества. Пока мы ждем ратификации нового соглашения, так или иначе действует предыдущее, которое было подписано в 1993 году. Чем раньше новое соглашение вступит в силу, тем лучше, поскольку оно касается нашего будущего сотрудничества. Предыдущее соглашение было больше направлено на работы по БАК (Большой адронный коллайдер, Large Hadron Collider, сокращенно LHC. — «Известия»), который построен, в то время как новое соглашение лучше приспособлено к текущему моменту, имеющимся планам и задачам развития.

Сейчас Россия рассматривает возможность стать полноправным членом ЦЕРН. Преимущество полного членства в том, что отношения становятся намного более прочными. Страна будет представлена в Совете ЦЕРН с правом голоса. Сегодня Россия — наблюдатель и не может принимать участие в голосовании, ее приглашают только на часть заседаний. Также членство позволит РФ заключать крупные промышленные контракты с ЦЕРН. Это высокотехнологичные контракты, которые доступны исключительно для государств — членов организации.

— Санкции стран Запада в отношении России как-то влияют на взаимодействие физиков в рамках ЦЕРН?

— Нет, со стороны ЦЕРН никаких санкций нет. Мы сотрудничаем с людьми со всего мира без каких-либо барьеров.

— Недавно исполнилось 80 лет с начала Второй мировой войны, в конце которой было применено ядерное оружие, до сих пор влияющее на расстановку сил в мире. До нее исследования атомного ядра велись открыто, было много публикаций в научных журналах. И вдруг контакты прекратились, атомные исследования были засекречены. Может ли ЦЕРН оказаться в положении засекреченного объекта, допуск к которому будет только у «нужных» ученых?

— Прежде всего задачей ЦЕРН, сформулированной в учредительной конвенции еще в момент основания нашей организации, является проведение фундаментальных исследований без военных целей. Во-вторых, в этой же декларации записано, что все результаты наших исследований бесплатны и общедоступны для всех. Одним из примеров этого является web (интернет-пространство. — «Известия»), который, как известно, был разработан в ЦЕРН. Таким образом, ЦЕРН не ведет никаких военных разработок и обеспечивает полную открытость. Кроме того, технологии, которые мы создаем, не имеют не только прямого военного применения, но и не являются технологиями двойного назначения. Мы просто проводим научные исследования.

— Эксперты говорят о новой волне сближения науки и искусства, которая набирает силу. Вы — человек, имеющий в том числе консерваторское образование и возглавляющий ЦЕРН, — этому пример. В чем для вас смысл сближения науки и искусства?

— Для меня искусство и наука никогда не существовали отдельно. Искусство — это выражение творчества, любопытства, изобретательности человека. Но в искусстве много науки, математики. Если взять, допустим, архитектуру, посмотреть на прекрасные дворцы, — которые мы видим, например, здесь, в Петербурге (встреча с Фабиолой Джанотти состоялась в Санкт-Петербурге по случаю проведения Европейской школы по физике высоких энергий (школа ЦЕРН-ОИЯИ). — «Известия») — в них много искусства. Однако здесь также присутствует большая инженерная работа, чтобы здание могло стоять.

И наоборот, в науке много красоты, например, в симметрии элементарного взаимодействия. Если говорить не только о частицах, то, например, Эйнштейн был также музыкантом, и таких примеров много. Есть много ученых, которые были хорошими художниками, и есть много художников, которые были вдохновлены тем, что мы делаем в науке.

Оставить комментарий